ТЫСЯЧЕЛЕТНЯЯ ИСТЕРИКА: ПОЧЕМУ ЗАПАД ДО СИХ ПОР ОБИЖЕН НА РОССИЮ...

Что именно произошло с коллективным Западом около 800 лет назад? И с тех пор эта давняя обида не дает покоя европейским элитам.

В средневековой Европе, когда окончательно стало ясно, что крестовые походы на Ближний Восток приносят одни лишь колоссальные долги, позорные поражения и массовые расстройства желудка от местной кухни, пассионарную энергию надо было куда-то девать.

Освобождение Гроба Господня как-то резко вышло из моды. Зачем тащиться в жаркий Иерусалим, если можно ограбить кого-нибудь поближе? Папский престол оперативно дал добро на Серию Северных крестовых походов, развернув закованных в железо рыцарей на прибалтийские и русские земли. План был прост: прийти, пограбить, обратить в свою веру и записать в учебники как «просветителей».

Но тут случилась незадача. На восточных рубежах западные «титаны» внезапно натолкнулись на дружины князя Александра Невского. И получили по щам.

Именно тогда и родилась глубокая цивилизационная обида. Цвет западного рыцарства, элита элит, потерпел сокрушительное фиаско от тех, кого заранее причислил к разряду диких варваров, подлежащих покорению. Гордыня была уязвлена так сильно, что с тех пор идея подчинить неудобного соседа превратилась в навязчивую манию, переходящую в старческий маразм.

Стоило русской государственности дать малейшую слабину, как «цивилизованный мир» радостно потирал руки и повторял попытку. Просто под новыми знаменами.

Смутное время. Сборная солянка из польской шляхты и европейских наемников ринулась покорять Кремль. Надеялись на легкий триумф, а получили ополчение Минина и Пожарского и позорное бегство.

Полтава. Карл XII привел шведов, наверное, чтобы научить северного соседа «правильной» европейской жизни. Кончилось тем, что шведы учились правильно маршировать до самой Швеции.

1812 год. Наполеон двинул «Великую армию» почти со всего континента, мечтая о быстрой победе. Досмотрел Москву с балкона, подождал и поехал обратно.

Двадцатый век. Тот же натиск принял форму бесчеловечной идеологии тотального уничтожения. Но финал снова был провален.

И каждый раз – с одним и тем же финалом.

Менялись столетия, религиозный экстаз «Deus vult» (Бог того хочет) перерастал в геополитический «Drang nach Osten» (Натиск на Восток), а затем в современные доктрины глобального давления. Но сквозь весь внешне прагматичный лоск веками отчетливо проступает та самая давняя детская обида:

«Так нечестно! Вы не должны сопротивляться! Ну мам!»

Сегодня эта обида выглядит особенно комично.

Запад ввел санкции, отключил SWIFT, разорвал контракты и объявил Россию «изгоем». В итоге Россия — с рекордным урожаем, с работающей экономикой и с армией, которая наступает. А Запад — с инфляцией, разбитыми витринами в Париже и немецкими пенсионерами, которые собирают бутылки, чтобы оплатить отопление.

И главное. Запад привык считать себя главным и единственным «цивилизованным» игроком. Но когда он видит, что «дикие варвары» не хотят играть по его правилам, у него случается истерика.

Потому что вся история Запада — это попытка доказать, что «варвары» не должны сопротивляться. Нельзя, чтобы сосед, который не входит в «цивилизованный клуб», оказался сильнее и умнее. Нельзя, чтобы русский князь побил рыцарей, русская армия побила Наполеона, а Советы побили Гитлера. Нельзя, чтобы сегодняшняя Россия не прогибалась под санкциями.

Так нечестно! В учебниках написано, что мы самые умные, самые сильные и самые демократичные. А на практике — либо проигрыш, либо долги, либо унизительные переговоры.

Пока коллективный Запад переживает свою вечную травму, мы можем спокойно пить чай.

Потому что в этой тысячелетней истории роли давно распределены:

Они пытаются. Мы даем сдачи.

Они обижаются. Мы живем дальше.

Так что пусть продолжают. Мы привыкли.

В конце концов, и эта обида пройдет на следующие сто лет. А Россия останется. Как и 800 лет назад...(с)